В нашей онлайн базе уже более 10821 рефератов!

Список разделов
Самое популярное
Новое
Поиск
Заказать реферат
Добавить реферат
В избранное
Контакты
Украинские рефераты
Статьи
От партнёров
Новости
Крупнейшая коллекция рефератов
Предлагаем вам крупнейшую коллекцию из 10821 рефератов!

Вы можете воспользоваться поиском готовых работ или же получить помощь по подготовке нового реферата практически по любому предмету. Также вы можете добавить свой реферат в базу.

ЛИНГВОКУЛЬТУРНЫЕ КОНЦЕПТЫ И МЕТАКОНЦЕПТЫ

Страница 8

- При особенно высокой актуальности концепта имя политика проникает также в сферу образования антропонимов. Ср. имена, появившиеся в первые годы советской власти: Вилен – «В.И. Ленин», Тролебузина – «Троцкий, Ленин, Бухарин, Зиновьев», Сталий и Сталь – от фамилии «Сталин».

- Отыменные дериваты: гитлеровец – ‘солдат или офицер немецко-фашистской армии в период гитлеризма’, керенка – ‘бумажный денежный знак, выпускавшийся при Временном правительстве Керенского’, черномырдизм – ‘какое-либо неправильно употребленное слово, нарушение грамматических или стилистических правил’.

- Устойчивые сочетания с именем политика или отыменными дериватами: столыпинский галстук – ‘виселичная петля’ (П.А. Столыпин был инициатором жестоких мер против участников восстания 1905 г.), свистеть как Троцкий – «лгать, фантазировать, болтать» (Л.Д. Троцкий был известен как искусный оратор).

Квазиэкстразона концепта прецедентной личности включает:

▪ Переносные значения имени, основанные на ложной этимологизации: Бухарин – ‘алкоголик’ (по аналогии с глаголом бухать – ‘пить спиртное’).

Концепты единичных прецедентных феноменов обычно находятся в системной взаимосвязи и регулярно функционируют в коммуникации в устойчивых связках друг с другом. Это позволяет констатировать факт существования более сложных элементов прецедентной концептосферы – концептов прецедентных миров. Концептуализируемые прецедентные миры могут быть плодом авторского воображения и входить в сознание носителей культуры в результате знакомства с художественными текстами. В этом случае они формируют метаконцепты прецедентных текстов. Ниже приводится пример апелляции к метаконцепту воображаемого мира «Собачье сердце». Цель апелляции – экспрессивное выражение отношения к политической и культурной ситуации 1990-х годов:

Одна половина прессы навевала на него тоску, сродную с тем отвращением, что навевала другая: дети Шарикова грызлись с детьми Швондера, обвиняя друг друга во всевозможных грехах (А. Варламов).

Концептуализируемые миры могут возникать в результате реконструкции исторического прошлого. В этом случае мы имеем дело с концептами исторических эпох и периодов. В следующем примере также для выражения отношения к периоду 1990-х автор прибегает к концепту реконструируемого мира «нацистская Германия»:

По телевизору между тем показывали те же самые хари, от которых всех тошнило последние двадцать лет. Теперь они говорили точь-в-точь то самое, за что раньше сажали других, только были гораздо смелее, тверже и радикальнее. Татарский часто представлял себе Германию сорок шестого года, где доктор Геббельс истерически орет по радио о пропасти, в которую фашизм увлек нацию, бывший комендант Освенцима возглавляет комиссию по отлову нацистских преступников, генералы СС просто и доходчиво говорят о либеральных ценностях, а возглавляет всю лавочку прозревший наконец гауляйтер Восточной Пруссии (В. Пелевин).

Актуальность концептов прецедентных миров измеряется в трех уровнях:

1) персонажная актуальность – количество персонажей из данного текста или данной эпохи, вошедших в концепт прецедентного мира;

2) событийная актуальность – количество событий и ситуаций, вошедших в концепт;

3) цитатная актуальность – количество цитат из текста или высказываний деятелей эпохи, вошедших в концепт.

В третьей главе «Лингвокультурные концепты и метаконцепты в смеховой картине мира» обосновывается значимость моделирования концептов и метаконцептов смеховой картины мира для исследования лингвокультуры в целом, рассматриваются закономерности коммуникативного функционирования жанра анекдота в современной культуре, определяется понятие жанровой саморефлексии, моделируется саморефлективный метаконцепт анекдота, анализируются системообразующие концепты смеховой картины мира, осуществляется моделирование ряда конкретных концептов и метаконцептов, реализующихся в современном русском анекдоте.

Одной из центральных проблем исследования таких глобальных систем человеческой жизнедеятельности как культура и язык является вопрос о критерии принадлежности системе. Тесная взаимосвязь языка и культуры обусловила сходство подобных критериев, выработанных культурологией и лингвистикой независимо друг от друга. Тот или иной феномен может быть признан элементом культуры, если он обладает свойством типичности (C. Kluckholn, K.P. Hansen), проявляющейся в известности большинству членов социума и межпоколенной трансмиссии (П.Н. Донец). Принадлежность к системе языка определяется критерием устойчивости, показателями которой служат признаки массовости употребления и инвариантности формы воспроизведения (В.М. Савицкий, О.А. Кулагина).

Признаком, демонстрирующим одновременную культурную типичность и языковую устойчивость единицы, т.е. гарантирующим ее принадлежность к комплексной системе лингвокультуры (концептосфере), является смеховая востребованность – подверженность коммуникативным трансформациям, направленным на достижение комического эффекта. Иными словами, все, что воспринимается социумом как культурно значимое и лингвистически устойчивое, непременно подвергается осмеянию.

Связь осмеиваемости с типичностью и устойчивостью обусловлена двумя моментами:

1) типичность и устойчивость единицы обеспечивают способность к осмеянию, поскольку осмеиваемое должно быть легко узнаваемым;

2) типичность и устойчивость единицы провоцируют потребность в осмеянии, поскольку человеческое сознание нуждается в регулярной трансформации всего застывшего.

В рамках лингвокультуры может быть выделена смеховая картина мира, в которой непременно отражаются важнейшие для социума концепты и метаконцепты. В качестве основной сферы реализации смеховой картины мира в данной работе рассматривается анекдот – фольклорный жанр, наиболее активно развивающийся в современной культуре.

Анекдоты являются текстами, концентрирующими в себе бытовую оценочность. Именно они закрывают ту нишу, которую оставляют после себя постепенно уходящие из коммуникации порождения аграрного общества – пословицы и поговорки. Для индустриального общества и урбанистической культуры характерно более негативное отношение к открытому дидактизму в быту. Утилитарные ценности не эксплицируются в виде сентенций, но имплицитно инкорпорируются в состав смеховых текстов. Таким образом снимается значительная доля ответственности говорящего за провозглашаемую ценность («это шутка и ничего более»), открываются возможности для конформистского отказа от ценности, если она противоречит картине мира адресата.

Помимо универсальной функции трансформации всего типичного и устойчивого анекдот может выполнять более частные социокультурные функции. Таковыми являются функция адаптации к негативным жизненным обстоятельствам, функция противостояния давлению власти, функция передачи табуированной информации от поколения к поколению.

Доказательством всеобъемлющего характера картины мира, которая строится в пределах анекдота, является свойственная этому жанру саморефлексивность. Рассмотрим данную жанровую характеристику подробнее. С точки зрения лингвокультурной концептологии речевой жанр является полем реализации определенного спектра социальных ценностей и основанных на них лингвокультурных концептов. Для некоторых жанров этот спектр относительно узок. Например, в жанре угрозы востребованными оказываются лишь ценности, связанные с эмоциональным концептом «страх». В рамках других речевых жанров спектр реализуемых ценностей может быть гораздо шире. Эту градуируемую характеристику жанра мы будем называть его концептуальной насыщенностью. Максимального уровня концептуальная насыщенность достигает, когда в картину мира, конструируемую в текстах данного жанра, входят определенная фактуальная информация о самом жанре и ценностное отношение к нему. Иными словами, сам жанр фигурирует в качестве одного из активизируемых в нем метаконцептов.

Саморефлексия в чистом виде присутствует в достаточно ограниченном числе жанров. Таковыми являются, во-первых, жанры научного дискурса (например, научная статья о жанровых особенностях научной статьи, диссертация о языке диссертаций и т.п.), во-вторых, фольклорные жанры: пословица (ср. Хороша пословица в лад да в масть; На пословицу, что на дурака, и суда нет; Пословица плодуща и живуща) и пришедший ей на смену анекдот. Таким образом, саморефлективными оказываются именно те жанры, которые концентрируют в себе аксиологически полярные пласты человеческого сознания – научную и утилитарно-бытовую картины мира.

1 2 3 4 5 6 7 [8] 9 10 11

скачать реферат скачать реферат

Новинки
Интересные новости


Заказ реферата
Заказать реферат
Счетчики

Rambler's Top100

Ссылки
Все права защищены © 2005-2020 textreferat.com