В нашей онлайн базе уже более 10821 рефератов!

Список разделов
Самое популярное
Новое
Поиск
Заказать реферат
Добавить реферат
В избранное
Контакты
Украинские рефераты
Статьи
От партнёров
Новости
Крупнейшая коллекция рефератов
Предлагаем вам крупнейшую коллекцию из 10821 рефератов!

Вы можете воспользоваться поиском готовых работ или же получить помощь по подготовке нового реферата практически по любому предмету. Также вы можете добавить свой реферат в базу.

Идеология власти средневекового Востока - общее и особенное

Идеология власти средневекового Востока - общее и особенное

Историография, перспективный подход . 1

Общее — власть-собственность . 2

Специфика менталитета 3

Особенное — арабо-исламский мир 4

Особенное — Китай 5

Один из результатов . 7

Заключение . 8

Список литературы . 10

Анализ идеологии власти средневекового Востока представляется крайне актуальным в контексте аксиологических сдвигов в современном российском обществе. Отдавая себе отчет в невозможности в данной работе проанализировать связи исторического материала и современных проблем мы все же обращаем свое внимание к этим вопросам. Откуда же исходит указанная актуальность? Представляется, что она связана с восточным противоположением «власти земной» и «власти небесной». Самоотстранение творческой личности от носителя государственной власти грозит лишениями, нищетой, гибелью[1]. Напротив, измена своему нравственному долгу чувству, вступление на государственную службу, означает приобретение высокого ранга и материального благополучия. Для современного нам общества это живые реалии.

Историография, перспективный подход

В западной историографии античные авторы, от Аристотеля до Цицерона, четко противопоставляли свои свободные институты деспотической власти восточных правителей. Аналогичное положение сохранялось в период средневековья. Само понятие «деспотизм», по крайней мере с XIV в. прочно отождествлялось с государствами Востока[2]. В эпоху Возрождения была разработана концепция восточнодеспотического государства; в социальном и политическом плане оно являлось альтернативой свободному государству Запада (Макиавелли и др.). В 1748 году Монтескье создает свой знаменитый труд «О духе законов» в котором он объединяет политические институты Востока в общую категорию деспотизма. Монтескье рассматривает восточный деспотизм как глобальную альтернативу свободному обществу. Подобно Макиавелли (в его работе «Государь») он считает деспотическое государство царством рабов, страха и произвола, где нет места твердым законам и где все основано на слепом повиновении одному лицу. Монтескье подводит под восточный деспотизм климатическую базу. Не будем здесь вдаваться в подробности аргументации за и против, это целая страница в историографии стран Востока. Важно, что эта позиция вскоре встречает возражения, в частности — А.-Г. Анкетиль-Дюперона[3]. Последний, аргументируя против выводов (именно выводов) Монтескье проводит три пункта (они прямо указаны в развернутом названии его работы вышедшей в свет в 1778 г.), а именно: 1. На Востоке нет абсолютной деспотии, так как наличествует законный способ достижения власти (подтверждаемый, например, церемониалами аналогичными западному коронованию восшедшего на престол); 2. На Востоке вполне очевидно наличие законов носящих универсальный характер (их нормы распространяются и на суверена и на подданных); 3. Существует частная собственность (обладатели которой неотчуждаемо пользуются ей). Это сильные аргументы, которые автор выносит из опыта своих многотрудных восточных путешествий, в противовес Монтескье, основывающемуся на «Путешествии» Бернье. Анкетиль-Дюперон имел все шансы стать основоположником европейского востоковедения Нового Времени, но не стал таковым из-за пренебрежения существовавшими правилами научного мира. Плохое изложение собственных идей, отсутствие популяризаторской струи, наконец его расизм (он сводит наличие деспотизма к «расслабленности» восточных народов) привели к неудаче. А жаль, именно Анкетиль-Дюперон проницательно указывает на необходимость поиска более глубоких источников специфической идеологии восточных правителей, что было осуществлено значительно позже и что мы обрисуем в данной работе.

Общее — власть-собственность

Для нас представляется крайне важной связь власти и степени обеспеченности (столь актуальное сейчас). Это соответствует концепции «власти-собственности» восточного государства, рассмотренной Л.С.Васильевым[4]. В этой схеме государство (в лице его главы) воспринимается как носитель социально-политической и экономической власти одновременно. Поэтому государство представляется средоточием власти, тотальной и всесильной по отношению к человеку как самоутверждающемуся субъекту в бытии.

Система власти-собственности определяюще влияла на рассматриваемую нами идеологию руководителей государств средневекового Востока. Правители стремились всячески идеологизировать то наличное состояние, когда сосредоточение в руках государства всей полноты социально-экономической и политической власти при отсутствии способных противостоять ему общественных структур, лишало человека возможности выбора между конкурирующими социальными силами. Возводилась в некую предзаданную норму и многоразлично обосновывалась (что собственно и есть функция идеологии) такая модель общественного устройства. Для восточного деспотизма характерно такое сочетание госсектора экономики и государственного аппарата, когда государство получает возможность жестко влиять на процессы взаимодействия экономических субъектов, во многом являясь одним из них. Это позволяет однозначно решать различные конфликтные ситуации к вящей пользе государства, служит его дальнейшему усилению. Все это отливалось в представление о незыблемости общественных структур, которое не только предполагалось самим способом производства, но и выступало в качестве неизменного принципа социокультурной ориентации человека. Такая идеологизация властного, государственного устройства естественно вела или к тому, что человек предается внешней власти, подчиняя духовные силы достижению сугубо корыстных целей; или связывает себя с ней внешним, как он думает, образом, пытаясь при этом огородить для себя зону духовно-творческой свободы; или стремясь к максимальному расширению и углублению внутренней свободы, сознательно противопоставляет себя реалиям внешнего бытия, среди которых государственная власть занимает едва ли не центральное место.

Специфика менталитета

Мы несколько отвлеклись в сторону социо-психологических результатов восточного государственного идеологизирования, но это живо для нас, потому что мы видим вокруг себя нечто подобное. Однако вернемся в историю и попробуем показать ментальные предпосылки такого идеологизирования. Надо сразу сказать, что эти предпосылки оказались тем полем, которое позволило идеологии расцвести, как сказано, на базе сложившегося социально-экономического устройства. Общественное сознание, в силу своей специфики, просто не препятствовало этому.

Для Востока характерна растворенность личности в коллективном сознании (Едином). Что говорит об отсутствии личности в онтологическом смысле? — Стремление к очищению изначальной природы от иллюзии индивидуального (японская концепция авасэру[5]). Для нефилософствующего большинства это принимает форму приобщения к групповому сознанию в виде мирового Семени, Дерева, Рода и подобных архетипов. Здесь нет рассмотрения человека как самоценной личности. Такое понимание личности (точнее отсутствие четко выраженной ее индивидуальной рефлексии) можно увидеть, например, в нестабильности использования местоимения «я» (в китайском и японском языках). Далее, Восток демонстрирует нам совсем немного живописных портретов, но и на них — где же люди, которых, казалось бы, эти портреты изображают? Мы видим скорее набор канонических поз, одежд и тому подобное, то есть общественный статус изображаемого, но не его самого. Может быть личности как индивидуальности предстанут перед нами на бумаге, на страницах биографических описаний, пришедших к нам из средневекового восточного мира? Но и тут многочисленные биографы уподобляются фотоаппаратам со сверхдолгой выдержкой — налицо дома, деревья и прочая «недвижимость», а людей нет как нет. Феноменальный мир рассматривается как непостижимый, подчиненный в области человеческих отношений и в сфере природы закону нестабильности и бренности. Идеал совершенного человека — универсальность, вольно-поддатливость, стремление стать всем, но не в смысле «Интернационала», когда кто-то из-за этого становится ничем, не для того, чтобы стать в центр мира (это нечто европейское), а для того, чтобы слиться с миром. Японский художник Эйтоку создает на стене дворца в Киото свой Ствол[6], который простирается по стене как бы пренебрегая архитектурно-строительными конструкциями. Тем самым художник выражает идею общего ствола национального тела, всепроникающего консолидированного общества.

[1] 2 3

скачать реферат скачать реферат

Новинки
Интересные новости


Заказ реферата
Заказать реферат
Счетчики

Rambler's Top100

Ссылки
Все права защищены © 2005-2020 textreferat.com