В нашей онлайн базе уже более 10821 рефератов!

Список разделов
Самое популярное
Новое
Поиск
Заказать реферат
Добавить реферат
В избранное
Контакты
Украинские рефераты
Статьи
От партнёров
Новости
Крупнейшая коллекция рефератов
Предлагаем вам крупнейшую коллекцию из 10821 рефератов!

Вы можете воспользоваться поиском готовых работ или же получить помощь по подготовке нового реферата практически по любому предмету. Также вы можете добавить свой реферат в базу.

Репрессии и голод на Украине и в России в 30-е годы

Страница 14

Приведенный эпизод ясно показывает, как фабриковались дела так называемых "террористических групп", с 1930 года включавших представителей антисталинской оппозиции. В тот момент Сталин не мог и не хотел идти дальше. Все провокации и маневры этого момента имели узко определенную цель: полностью скомпрометировать последних его противников внутри партии, запугать всех нерешительных и колеблющихся.

22 сентября 1930 года "Правда" опубликовала "признания" 48 чиновников Наркомторга и Наркомфина, которые признали себя виновными "в трудностях с продовольствием и исчезновениям серебряных денег". За несколько дней до этого Сталин в письме, адресованном Молотову, таким образом его проинструктировал: "Нам нужно: а) радикально очистить аппарат Наркомфина и Государственного банка, несмотря на крики сомнительных коммунистов типа Пятакова-Брюханова; б) расстрелять два или три десятка проникших в аппарат саботажников. . в) продолжать на всей территории СССР операции ГПУ, имеющие целью возвращение в обращение серебряных денег". 25 сентября 1930 года 48 специалистов были казнены4.

В последующие месяцы состоялось несколько аналогичных процессов. Некоторые из них происходили при закрытых дверях, такие, например, как "процесс о Госплане" или о "Рабоче-крестьянской партии". Другие процессы были публичными, например "процесс Промпартии", в ходе которого восемь человек "признались" в том, что создали обширную сеть, состоящую из двух тысяч специалистов, чтобы на деньги иностранных посольств организовать экономический переворот. Эти процессы поддержали легенду о саботаже и заговорах, которые были столь важны для укрепления сталинской идеологии.

За четыре года, с 1928 по 1931 год, многие специалисты промышленности и управленческого аппарата оказались выключенными из жизни общества, 23.000 из них были списаны по первой категории ("враги советской власти") и лишены гражданских прав5. Травля специалистов приняла огромные размеры на предприятиях, которые заставляли необоснованно увеличивать выпуск продукции, отчего росло число несчастных случаев, брака, поломок машин. С января 1930 до июня 1931 года 48% инженеров Донбасса были уволены или арестованы: 4500 "специалистов-саботажников" были "разоблачены" в ходе первого квартала 1931 года в одном только секторе транспорта. Эта травля специалистов, выдвижение целей, которые заведомо не могут быть достигнуты, приведшая к невыполнению планов, сильному падению производительности труда и рабочей дисциплины, к полному игнорированию экономических законов, закончились тем, что надолго расстроили работу предприятий. Кризис принял грандиозные масштабы, руководство партией вынужденно приняло некоторые "корректирующие меры". 10 июля 1931 года Политбюро решило ограничить суды над спецами, ставшими жертвами объявленной в 1928 году охоты на них. Были приняты необходимые меры: немедленно освобождено несколько тысяч инженеров и техников, в основном в металлургической и угольной промышленности, уничтожена дискриминация в доступе к высшему образованию детей интеллигенции, ОГПУ запретили арестовывать специалистов без согласия соответствующего Наркомата. Даже простое перечисление этих мер показывает масштаб предшествующих преследований, жертвами которых стали со времен Шахтинского дела десятки тысяч инженеров, агрономов, техников и администраторов всех уровней6.

Среди других общественных категорий, изгнанных на обочину "нового социалистического общества", было также и духовенство. В 1929-1930 годах начинается второе большое наступление Советского государства на духовенство, следующее после антирелигиозных репрессий 1918-1922 годов. В конце двадцатых годов, несмотря на осуждение некоторыми высшими иерархами духовенства "верноподданнического" по отношению к советской власти заявления митрополита Сергия, преемника патриарха Тихона, влияние православной церкви в обществе остается достаточно сильным. Из 54.692 действующих в 1914 году церквей в 1929 году осталось 39.0007. Емельян Ярославский, председатель основанного в 1925 году Общества безбожников, признавал, что только около десяти миллионов человек из ста тридцати миллионов верующих "порвали с религией".

Антирелигиозное наступление 1929-1930 годов разворачивалось в два этапа. 8 апреля 1929 года было издано Постановление, усиливающее ответственность местных властей за духовную жизнь прихожан и добавляющее новые ограничения в деятельности религиозных объединений. Отныне всякая деятельность, выходящая за рамки "удовлетворения религиозных потребностей", попадала под действие закона об уголовной ответственности, в частности, 10 параграфа 58 статьи Уголовного кодекса, предусматривающего наказание от трех лет тюремного заключения и до смертной казни за "использование религиозных предрассудков для ослабления государства". 26 августа 1929 года правительство установило пятидневную рабочую неделю - пять дней работы и один день отдыха, выходной; таким образом, указ устранял воскресенье как день отдыха для всех групп населения. Эта мера как бы должна была помочь "искоренению религии"8.

Но эти законы и постановления были только прелюдией к прямым действиям в отношении церкви, ко второму этапу наступления на церковь. В октябре 1929 года было приказано снять церковные колокола: "Колокольный звон нарушает право широких атеистических масс городов и деревень на заслуженный отдых". Служители культа были приравнены к кулакам: задавленные налогами (налоги в 1928-1930 годах возросли в десять раз), лишенные всех гражданских прав, что означало в первую очередь лишение продовольственных карточек и бесплатного медицинского обслуживания, они стали также подвергаться арестам, высылке или депортации. Согласно существующим неполным данным более тринадцати тысяч служителей культа были "раскулачены" в 1930 году. В большинстве деревень и городов коллективизация началась с символического закрытия церкви, раскулачивания попа. Весьма симптоматично, что около 14% бунтов и крестьянских волнений, зарегистрированных в 1930-х годах, имели первопричиной закрытие церкви и конфискацию колоколов. Антирелигиозная кампания достигла своего апогея зимой 1929-1930 годов9. 1 марта 1930 года 6.715 церквей были закрыты, часть из них разрушена. Однако после знаменитой статьи Сталина "Головокружение от успехов" резолюция Центрального Комитета ВКП(б) цинично осудила "недопустимые отклонения в борьбе против религиозных предрассудков" и, в частности, закрытие церквей без согласия прихожан. Это была чисто формальная отговорка со стороны властей, ибо она не имела никакого положительного влияния на судьбы сосланных служителей культа.

В последующие годы открытое активное наступление против церкви сменилось тихим административным преследованием духовенства и верующих. Свободно трактуя шестьдесят восемь статей Постановления от 8 апреля 1929 года, превышая свои полномочия при закрытии церквей, местные власти продолжали вести борьбу под различными "благовидными" предлогами: старые, обветшавшие или "находящиеся в антисанитарном состоянии здания", отсутствие страхования, неуплата налогов и других многочисленных поборов, выставлялись как достаточные основания для оправдания действий властей. Лишенные гражданских прав, всего духовного влияния, возможности зарабатывать на жизнь, подведенные под категорию "паразитические элементы, живущие чужими доходами", некоторое число служителей культа вынужденно превращалось в "бродячих попов", ведущих подпольную жизнь вне общества. Кроме того, внутри самой церкви возникло сектантство: так, не согласные с верноподданнической политикой митрополита Сергия, часть верующих отъединилась от официальной церкви, особенно это наблюдалось в Тамбовской и Воронежской областях.

Например, прихожане Алексея Буя, епископа из Воронежа, арестованного в 1929 году по причине его непримиримого отношения к идее любого компромисса церкви с государством, организовали свою собственную, "Истинно православную церковь" с собственным духовенством, часто "бродячим", отступившим от церкви, послушной митрополиту Сергию. Адепты "раскольнической церкви", у которых не было собственных культовых зданий, собирались на моление в самых различных местах: в частных домах, в пустынных местах, в пещерах10. Эти "истинно православные христиане", как они себя называли, подвергались усиленным репрессиям; тысячи из них были арестованы и отправлены на спецпоселение или в лагеря. Что касается Православной церкви в целом, число мест проведения служб и служителей сильно уменьшилось под постоянным давлением властей, даже если перепись населения 1937 года, позднее засекреченная, показала наличие 70% верующих в стране. 1 апреля 1936 года в СССР оставалось только 15.835 действующих православных церквей (28% от числа действовавших до революции церквей), 4.830 мечетей (32% от числа дореволюционных) и несколько десятков католических и протестантских храмов. При перерегистрации служителей культа их число оказалось равным 17.857 вместо 116.629 в 1914 году и около 70.000 в 1928 году. Духовенство стало, согласно официальной формуле, "осколком умирающих классов"11.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 [14] 15 16 17 18 19

скачать реферат скачать реферат

Новинки
Интересные новости


Заказ реферата
Заказать реферат
Счетчики

Rambler's Top100

Ссылки
Все права защищены © 2005-2020 textreferat.com